Там его и похоронили.
А Вонлей обвенчалась с человеком, которого отец ее выбрал семь лет тому назад.
Но отец, пользуясь своим правом, не сразу отпустил Вонлей к мужу, а удержал ее у себя в доме еще на три года.
Все это время Вонлей только и делала, что стирала свое свадебное платье, и сделалось оно наконец тонкое, как паутинка.
Через три года приехал муж за Вонлей и увез ее к себе в дом.
Когда они проезжали мимо могилы Ян-сана, сидевшая на дереве зеленая птичка запела какую-то нежную песенку, от которой в первый раз после трех лет на бледных щеках Вонлей показался румянец.
Она остановила свою лошадь и сказала мужу:
— Это могила моего брата, — и Вонлей в доказательство показала лоскут, на котором кровью было написано имя Ян-сана, — позволь же мне согласно законам нашим помолиться о нем.
Муж не мог отказать жене в этой просьбе.
Подойдя к могиле, Вонлей сказала: