-- Я не смеюсь, -- возразил Жак, -- я называю тебя так, как все мы привыкли во время похода называть нашего вождя.
-- Нет, я уже не вождь...
-- Почему это? Ведь всё наше дело ещё впереди.
-- С тех пор, как чудо перехода не совершилось, я уже не верю в своё призвание. Ах, зачем оставил я милую Францию! На кого покинул мою дорогую мать!.. Стефан заплакал. -- И, знаешь ли, -- продолжал он, -- у меня есть предчувствие чего-то ужасного... Что ожидает нас впереди? Эти люди, которые везут нас...
В это время вдруг надвинулись тучи, полил сильный дождь, волны закачали из стороны в сторону не особенно прочное судно, подбрасывая его все выше, кидая его все глубже... Целая ночь прошла в страхе и борьбе. Наконец, пред рассветом с ударом о подводный камень судно залило водою, и оно пошло ко дну. Франциск и Стефан были хорошими пловцами; они вы- брались на расстилавшийся перед ними пустынный берег. Их вскоре снял однако ж с этого острова один из уцелевших марсельских кораблей.
* * *
Вступив в разговор с одним из матросов, Франциск узнал, что через два-три дня хорошего плавания судно придёт в Александрию.
-- Это уже и есть святая земля? - наивно спросил Франциск.
-- Как святая! - возразил матрос, - Там живут только нехристи-душегубы.
-- Так, значит, оттуда мы пойдём пешком?