Она отвела руку от глаз, чтобы грациозным жестом изобразить эту фантастическую процессию, и рассмеялась.
— Вас хорошо сторожат, — проговорил Стаси неуверенно. — И глядя на вас, мисс Кресси, — прибавил он смелее, — я этому не удивляюсь.
— Да, можно сказать, что вместе с папашиной межой я зорко охраняюсь от скоттеров и бродяг.
Как ни были грубы и неделикатны ее речи, но ленивая ласка в голосе и хорошенькое личико смягчали их. Речь ее была так же живописна и чужда условности, как и ее движения. Так по крайней мере думал м-р Стаси и решил смело повести дальнейшую атаку.
— Вот что, мисс Кресси, так как дело, которое привело меня сегодня к вашему отцу, это чтобы если можно побудить его войти в сделку на счет порубежных притязаний, то, быть может, вы примете мои услуги и на свой собственный счет.
— Это означает, — лукаво ответила молодая особа, — что это дело касается меня столько же, сколько и папы. Вы не хотите допускать никакого захвата, кроме вашего собственного. Покорнейше благодарю, сэр.
И она делает грациозный книксен, причем выставляет наружу хорошенький башмачок, окончательно обворожив его.
— Что ж, это будет честная сделка, — начал он, смеясь.
— Сделка значит, что кто-нибудь что-нибудь уступает. Кто же и что уступит в этой сделке?
Самодовольный Стаси вообразил, что этот ответ еще кокетливее его вопроса.