Подпоручик Дуб был в полном отчаянии от того, что ему не удаётся осуществить свой план мести.
Дело в том, что, когда они выезжали, подпоручик Дуб подумал про себя: «Подожди, кадет Биглер, ты думаешь, что я позволю остановить, когда тебя схватит!»
Следуя этому плану, Дуб, насколько позволяла скорость, с которой они проглатывали километр за километром, начинал приятный разговор о том, что военные автомашины, получившие определённый маршрут, не должны зря расходовать бензин и делать остановки.
Кадет Биглер совершенно справедливо возразил, что на стоянке бензин вообще не расходуется, так как шофёр выключает мотор.
— Поскольку, — неотвязно твердил подпоручик Дуб, — машина должна прибыть на место в установленное время, никакие остановки не разрешаются.
Со стороны кадета Биглера не последовало никаких реплик.
Так они резали воздух свыше четверти часа; вдруг подпоручик Дуб почувствовал, что у него пучит живот, и что было бы желательно остановить машину, вылезти, сойти в ров, спустить штаны и облегчиться.
Он держался героем до сто двадцать шестого километра, но больше не вынес, энергично дёрнул шофёра за шинель и крикнул ему в ухо: «Halt!»
— Кадет Биглер, — милостиво сказал подпоручик Дуб, быстро соскакивая с автомобиля и спускаясь в ров, — теперь у вас также есть возможность…
— Благодарю, — ответил кадет Биглер, — я не хочу понапрасну задерживать машину.