Они поехали на том же извозчике и честно вернули всё, кроме бутылки церковного вина.
Когда они приехали домой и несчастный извозчик отправлен был рассчитаться в комендантское управление, Швейк обратился к фельдкурату:
— Осмелюсь спросить, господин фельдкурат, должен ли министрант быть того же вероисповедания, что и ксёндз, при богослужении которого он прислуживает?
— Безусловно, — ответил фельдкурат. — Иначе обедня была бы недействительна.
— Господин фельдкурат! Произошла крупная ошибка, — заявил Швейк. — Дело в том, что я — вне вероисповедания. Не везёт мне, да и только!
Фельдкурат взглянул на Швейка, с минуту молчал, потом похлопал Швейка по плечу и сказал:
— Подите выпейте церковного вина, что там от меня осталось, и считайте себя вновь вступившим в лоно церкви.
Швейк едет соборовать
Фельдкурат Отто Кац задумчиво сидел над бумагой, только что принесённой из казарм. Это был циркуляр военного министерства:
«Настоящим военное министерство отменяет на время военных действий все имевшиеся до сих пор предписания, касающиеся последнего причащения воинов. К исполнению и сведению военного духовенства устанавливаются следующие правила: