— Оставьте нас одних, Швейк. У нас кое-какие дела.
Швейк вытянулся во фронт.
— Так точно, господин фельдкурат, оставлю вас одних.
И ушёл на кухню. В комнате, между тем, происходил очень интересный разговор.
— Вы пришли за деньгами по векселю, если не ошибаюсь? — спросил фельдкурат своего гостя.
— Да, и надеюсь…
Фельдкурат вздохнул.
— Человек часто попадает в такое положение, когда ему остаётся только надеяться. О, как красиво звучит слово «надейся» из того высокопоэтического трилистника, который возносит человека над низменной повседневностью: вера, надежда, любовь…
— Я надеюсь, господин полковой ксёндз, что сумма…
— Безусловно, уважаемый, — перебил его фельдкурат. — Могу ещё раз повторить, что слово «надеяться» придаёт человеку силу в его житейской борьбе. Не теряйте и вы надежды. Как прекрасно иметь известный идеал, быть невинным, безгрешным созданием, дающим деньги под векселя, и надеяться своевременно получить деньги обратно! Надеяться, постоянно надеяться, что я заплачу вам тысячу двести крон, тогда как у меня в кармане нет и сотни.