Во многих местах не чувствуешь, что ты в советском учреждении, а в каком-то союзе статских советников и ждешь, когда тебе скажут, что в канцелярию ходить в валенках неприлично.
В народном банке, например, хорошо одетых людей встречают с каким-то восторгом и называют их «господами».
Из финансового отдела управления губернией дали печатать бухгалтерские книги с рубрикой «Министерство, департамент» и очень удивились, когда я им сказал, что уже министерства нет. Не смогли на это ответить ничем иным, как «Это старая форма».
Везде встречаешь такие «старые формы».
Красный свет бьет в окно, но в комнатах сидят люди с воспоминаниями о кадетской жизни, не интересующиеся в настоящее время ничем, кроме сосиски с капустой.
Если бы их раздеть, то на груди их можно было бы найти портрет губернатора.
Они остались служить Советской власти, потому что им деваться некуда.
Эти безыдейные люди презирают Советскую власть, но тем не менее служат ей.
Они не поняли новую жизнь, они замороженные и растают только на своем солнце, которое, конечно, вне советского строя.