— С какой стати такие вечеринки в трактире? Шли бы со своим чаем куда на лужайку!..
Тому, кто чуть не сжег свиной хлев, все это доставило такое наслаждение, что он пролепетал, обращаясь к своей супруге, крепко державшей его, чтобы он не свалился со стула:
— Те-те-перь ви-ви-жу, как-какая сла-сла-славная штука — эт-т-ти бе-бе-без-алкогольные ве-ве-черинки!
На что супруга ответствовала:
— Вот уж не думала, не гадала, что доживу с тобой до такого срама!
Тут миссис Пиккноун опять просвистала сигнал «вне игры» и зычным мужским голосом объявила:
— Все дамы, вон!
Само собою, вместе с дамами удалилась и половина мужчин, чтобы во время перерыва углубить приятное знакомство с ликерными запасами пана Вашаты.
Миссис Пиккноун осталась в зале одна с остальными мужчинами.
Достойная дама, находясь во власти своей антиалкогольной идеи, не замечала, что делается вокруг. Окруженная толпою мужчин, эта служительница идеала заподозрила что-то неладное, только когда в зал вернулся отставной лесник Поливка в сопровождении капельмейстера Воржеха — того самого, который объявил в трактире «У вокзала»: «Пойду напьюсь там, как скотина».