— Охотно прощаю, друг мой. О, друг, до чего же высоки эти столбы!
— Высокие, ох, высокие, мой милый!
Незнакомец тоже улыбнулся и пододвинулся к Троссулу поближе:
— Вот я и думаю, дружище: ведь народу это не все равно!
«Смотри-ка, Троссул, ведь ты как в воду глядел. Вот он, государственный преступник, прямо перед тобою».
— Так ты, стало быть, думаешь, что народу не все равно? Я тоже думаю, что не все равно…
— А почему ты думаешь, что не все равно, ведь цезарь…
— Ну, так то цезарь, а ты сам что думаешь?.. Столбы высокие, а могли бы быть еще выше…
«Н-да, — подумал Троссул, — не клюет; ну мы еще посмотрим»:
— Так, по-твоему, цезарю все равно? Или народу все равно?