— Даже и слышать обо мне не хочет, — ответил несчастный парень. — Скорее Мура высохнет, чем смягчится ее сердце.
Разговор шел у двора Крумиотича, под навесом, где на длинных жердях сушился зеленый перец. Неожиданно появилась вернувшаяся из степи от лошадей Гедвика. Она была в высоких сапогах, с длинным кнутом в руке.
— Опять сюда притащился! — напустилась она на Юро, усаживаясь на скамейку.
— Да, моя голубушка, — нежно ответил Юро.
— Сними с меня сапоги, — приказала она ему.
Юро выполнил приказ с блаженной улыбкой на лице. Но улыбка тотчас же исчезла, как только она прикрикнула на него:
— А теперь убирайся домой!
Ночью Юро ловит сетями рыбу на Муре, и время от времени в ночную тишину врывается его безнадежный зов:
— Гед-ви-ка!
Звук замирает вдали, и только крики пролетающих над рекой коростелей нарушают безмолвие ночи.