Он вынул записную книжку, куда я вписал адрес моих родителей и следующее письмо: «Дорогая мамочка! Завтра не ждите меня к обеду, так как я буду расстрелян. Господину учителю Гансгиргу скажите, что у Гафнера во Вршовицах продается прекрасный аметист для школьной коллекции, а полученные мною минералы находятся в полицейском управлении. Когда к нам придет мой товарищ Войтишек Горнгоф, скажите ему, что меня вели двадцать четыре полицейских. Когда будут мои похороны, еще неизвестно».
Прочтя эту записку, добродушный, поседевший на государственной службе полицейский прослезился и исчез.
Через полчаса меня повели на допрос к полицейскому советнику Оличу.
На его столе лежало мое письмо к родителям. Добродушный Олич дрожащим голосом спросил меня:
— Так как все это произошло, мальчик?
Когда я ему все подробно рассказал, советник Олич, рассматривая минералы, заметил:
— У меня дома тоже есть коллекция минералов. Под Турновом и под Ичином я собрал в прошлом году во время отпуска множество агатов и халцедонов. Всуньте эти камни обратно в карман и можете идти домой.
IV
Недавно я прочел, что один шестнадцатилетний гимназист приговорен за участие в последней демонстрации в Пльзене к четырнадцати годам тюрьмы.
Меня же, пятнадцатилетнего правонарушителя, двадцать лет тому назад хотели расстрелять.