— Отличная маска! — сказал кто-то.
Я думал, что всёх испугаю, а они засмеялись.
«Напрасно я не замаскировался», — пришла мне мысль Но я все-таки надеялся, что кто-нибудь меня испугается и убежит. Не тут-то было. Все открыто выражали мне свою симпатию, полагая, что я замаскирован.
В конце концов я подошел к одной старой даме, видимо, страшно набожной и явившейся в маскарад просто потому, что не подцепила ни любовника, ни женишка в другом месте.
Между нами произошел довольно оригинальный разговор.
— Мадемуазель, — сказал я, заметив, что моя маска нравится ей, — я должен разъяснить одно недоразумение: вы ошибаетесь во мне.
— Ничуть не бывало, — нежно промолвила она в ответ. — Я ошиблась только в одном человеке. Это был юрист-практикант Штёвичек, который обручился со мной и был таков. А больше ни в ком.
— Но во мне вы все-таки ошибаетесь, — сказал я.
— Нет, нет, — возразила она, кинув на меня огненный взгляд. — Я сразу увидела, что у вас есть характер.
— И все-таки, мадемуазель. Маска моя — вовсе не маска, а действительность. Я в самом деле черт.