-- Пожалуйста не примѣшивайте мысль обо мнѣ къ вашей женитьбѣ; пожалуйста не примѣшивайте! Бракъ дѣло весьма-важное.
-- Миссъ Матильда подумаетъ о твоемъ предположеніи, Марта, сказала я, пораженная выгодами, которыя оно представляло, и не желая потерять случай обдумать его.-- И, будьте увѣрены, ни она, ни я, мы никогда не забудемъ твоего добраго расположенія, ни твоего также, Джимъ.
-- Ну точно такъ, сударыня. Я, право, говорилъ по сердечному расположенію, хоть немножко одурѣлъ, что мнѣ такъ вдругъ вбили въ голову женитьбу, и не могу выразиться по приличеству. А право, охоты у меня довольно и, дай срокъ, привыкну. Ну, дѣвка, полно хныкать, къ-чему дуешься, коли я подхожу?
Послѣднее было сказано sotto voce и имѣло слѣдствіемъ заставить Марту броситься стремглавъ изъ комнаты; женихъ побѣжалъ за нею успокоивать ее. Миссъ Мэтти заплакала отъ чистаго сердца и объяснила это тѣмъ, что мысль о скоромъ замужствѣ Марты совершенно ее поразила, и что она никогда не проститъ себѣ, что заставила бѣдняжку поспѣшить. Я кажется, больше сожалѣла о Джимѣ; но обѣ мы съ миссъ Мэтти оцѣнили добрыя расположенія доброй четы, хотя говорили объ этомъ мало, а напротивъ того, очень-много о выгодахъ, невыгодахъ и опасностяхъ брака.
На слѣдующее утро, очень-рано, я получила записку отъ миссъ Поль, такъ таинственно-сложенную и столькими печатьми запечатанную, что не могла распечатать и должна была разорвать бумагу. Что же касается до содержанія, я съ трудомъ могла понять его -- до-того оно было запутано и загадочно. Я успѣла, однако, понять, что миссъ Поль проситъ меня къ себѣ въ одиннадцать часовъ; одиннадцать было написано и прописью и числами, а утромъ два раза подчеркнуто, какъ-будто я могла вздумать прійдти въ одиннадцать часовъ ночи, между-тѣмъ, какъ весь Кренфордъ обыкновенно лежитъ въ постели и спитъ глубокимъ сномъ въ десять часовъ. Подписи не было, исключая начальныхъ буквъ имени и фамиліи миссъ Поль; но такъ-какъ Марта, подавая мнѣ записку, сказала: "миссъ Поль приказала кланяться", то не требовалось колдовства, чтобъ узнать, кто прислалъ ее; а такъ-какъ имя особы, написавшей записку должно было оставаться въ-тайнѣ, то хорошо случилось, что я была одна, когда Марта подала ее.
Я отправилась къ миссъ Поль. Дверь отворила мнѣ ея маленькая служанка, Лидзи, въ праздничномъ нарядѣ, какъ-будто какое-нибудь важное происшествіе предстояло въ этотъ будничный день. Гостиная была убрана сообразно съ этой мыслью. Столъ былъ накрытъ лучшею скатертью съ нужными матеріалами для письма. На небольшомъ столикѣ стоялъ подносъ съ только-что откупоренной бутылкой настойки изъ скороспѣлокъ и нѣсколькими бисквитами. Сама миссъ Поль была въ торжественномъ уборѣ, какъ-будто для пріема гостей, хотя было только одиннадцать часовъ. Мистриссъ Форрестеръ, которая была тутъ, плакала тихо и грустно, и мой приходъ вызвалъ новыя слезы. Прежде чѣмъ мы кончили обычныя привѣтствія, произнесенныя съ плачевной таинственностью, раздался новый стукъ и явилась мистриссъ Фиц-Адамъ, раскраснѣвшаяся отъ ходьбы и волненія. Казалось, что все это были гостьи приглашенныя, потому-что миссъ Поль сдѣлала разныя приготовленія, чтобъ приступить къ открытію митинга, поправила огонь, растворила и затворила дверь, прокашлялась и высморкала носъ. Потомъ посадила насъ всѣхъ вокругъ стола, позаботившись помѣстить меня напротивъ себя, и напослѣдокъ освѣдомилась у меня, справедливо ли, какъ она того опасалась, грустное извѣстіе, что миссъ Мэтти лишилась всего своего состоянія?
Разумѣется, я могла отвѣчатъ только "да", и никогда не приводилось мнѣ видѣть болѣе неподдѣльной печали, какъ та, которая выразилась теперь на лицахъ трехъ женщинъ, сидѣвшихъ передо мной.
-- Я желала бы, чтобъ мистриссъ Джемисонъ была здѣсь, сказала наконецъ мистриссъ Форрестеръ; но, судя по лицу мистриссъ Фиц-Адамъ не раздѣляла этого желанія.
-- Но и безъ мистриссъ Джемисонъ, сказала миссъ Поль, съ выраженіемъ оскорбленнаго достоинства въ голосѣ: -- мы, кренфордскія дамы, собравшіяся въ моей гостиной, можемъ рѣшить что-нибудь. Я полагаю, что ни которая изъ насъ не можетъ назваться богатой, хотя всѣ мы обладаемъ приличнымъ состояніемъ, достаточнымъ для особъ со вкусомъ изящнымъ и утонченнымъ, которыя, еслибъ даже имѣли возможность, не предались бы пошлому чванству.
Тутъ я примѣтила, что миссъ Поль взглядываетъ на небольшую бумажку, скрытую въ рукѣ ея, на которой, я полагаю, она сдѣлала нѣкоторыя отмѣтки.