-- Я боюсь, это разобьетъ его сердце, Цинція!
-- Пустяки! Вонъ мистеръ Коксъ пріѣхалъ сюда съ намѣреніемъ влюбиться въ васъ... да, нечего такъ сильно краснѣть. Вы и сами это видѣли не хуже меня и сочли нужнымъ оттолкнуть его отъ себя. Я сжалилась надъ нимъ и поспѣшила залечить его уязвленное самолюбіе.
-- Какъ вы можете, какъ вы смѣете сравнивать Роджера Гамлея съ мистеромъ Коксомъ! вспылила Молли.
-- Нѣтъ, нѣтъ, я ихъ и не думаю сравнивать. Они такъ различны, какъ только могутъ быть различны мужчины. Не принимайте такъ къ сердцу всякой бездѣлицы, Молли. Вы смотрите на меня съ такимъ упрекомъ, какъ будто я обидѣла васъ такъ же сильно, какъ меня обидѣлъ вашъ отецъ.
-- Меѣ кажется, что вы недостаточно цѣните Роджера, смѣло возразила Молли. Ей потребовалось немало мужества, чтобъ сказать эти слова, хотя она сама не могла бы опредѣлить чувства, заставлявшаго ее стыдиться ихъ.
-- Неправда, я цѣню его. Но не въ моемъ характерѣ приходить въ восторгъ и, я полагаю, мнѣ никогда не удастся быть тѣмъ, что называютъ "влюбленной". Тѣмъ не менѣе, мнѣ очень пріятно знать о его любви ко мнѣ. Я съ удовольствіемъ помышляю о томъ, чтобъ сдѣлать его счастливымъ, и считаю его самимъ лучшимъ и пріятнымъ изъ всѣхъ знакомыхъ мнѣ мужчинъ, исключая, впрочемъ, вашего отца, когда онъ на меня не сердится. Чего же вы еще отъ меня хотите, Молли? Или мнѣ непремѣнно слѣдуетъ признать его красивымъ?
-- Я знаю, многіе говорятъ, что онъ дуренъ собой, но...
-- Я одного мнѣнія съ этими многими. Тѣмъ не менѣе, мнѣ правится его лицо, несравненно, въ тысячу разъ болѣе изящной физіогноміи мистера Престона. Во все время, пока длился этотъ разговоръ, Цинція, казалось, въ первый разъ говорила серьёзно. ни Молли, ни она сама не знали, какимъ образомъ подвернулся сюда мистеръ Престонъ. Она упомянула о немъ по внезапному побужденію; но въ глазахъ ея блеснулъ зловѣщій огонь, а губы презрительно сжались. Молли не разъ и прежде замѣчала у ней этотъ взглядъ, когда произносилось имя мистера Престона.
-- Цинція, что заставляетъ васъ такъ ненавидѣть мистера Престона?
-- А развѣ вы его любите? Къ чему вы мнѣ дѣлаете этотъ вопросъ? А между тѣмъ, Молли, сказала она, мгновенно впадая въ уныніе, выразившееся нетолько въ ея голосѣ и взглядѣ, но во всей фигурѣ, которая внезапно какъ-то опустилась и точно умалилась: -- Молли, что бы вы подумали обо мнѣ, еслибъ я въ концѣ-концовъ вышла за него замужъ?