-- Да. Былъ тамъ, напримѣръ, мистеръ Гендерсонъ, молодой юристъ, то-есть онъ учится юриспруденція, но у него хорошее состояніе, которое, вѣроятно, еще увеличится, такъ что онъ, я полагаю, только для забавы занимается законовѣдѣніемъ. Мистеръ Гендерсонъ былъ по уши влюбленъ въ нее. Это у меня не воображеніе, хотя я и сознаю, что матери вообще пристрастны: мистеръ и мистрисъ Киркпатрикъ оба замѣтили это, а въ одномъ изъ своихъ писемъ мистрисъ Киркпатрикъ даже говорила, что бѣдный мистеръ Гендерсонъ отправляется въ Швейцарію на каникулы, безъ сомнѣнія, какъ она думала, чтобы постараться забыть Цинцію, но что она почти увѣрена, что это ему не удастся, и что "ему только предстоитъ влачить за собою съ каждымъ шагомъ болѣе тяжкую цѣпь". Я еще нашла эту цитату такою изящною, и вообще все это было сказано такъ мило. Надо вамъ когда нибудь познакомиться съ мистрисъ Киркпатрикъ, Молли, душка моя: это одна изъ тѣхъ женщинъ, которыхъ я называю изящными существами, въ полномъ смыслѣ слова.
-- Мнѣ кажется, что было бы лучше, еслибы Цинція сказала имъ о своей помолвкѣ.
-- Да поймите же, что это не помолвка; сколько разъ мнѣ вамъ говорить это, моя милая?
-- Да какъ же мнѣ называть это?
-- Не вижу никакой надобности даже вовсе называть, такъ или иначе. Я даже не понимаю, что вы собственно разумѣете подъ этимъ. Вамъ бы слѣдовало всегда выражаться понятно: это вѣдь одно изъ первыхъ правилъ англійскаго языка. Да и вообще мыслитель могъ бы задать себѣ вопросъ: зачѣмъ дана намъ рѣчь, какъ не за тѣмъ, чтобы излагать понятнымъ образомъ наши мысли?
-- Да вѣдь есть же что-то такое между Цинціею и Роджеромъ: они болѣе близки другъ къ другу, нежели, напримѣръ, Осборнъ и я. Какъ же мнѣ называть это?
-- Вы никогда не должны называть своего имени рядомъ съ именемъ молодого, холостого мужчины... Неужели, дитя, вы никогда не привыкнете къ деликатности въ разговорѣ? Можно, пожалуй, сказать, что существуютъ особаго рода отношенія между милою Цинціею и Роджеромъ; но опредѣлить ихъ весьма трудно. Я увѣрена, что отъ этого-то она и избѣгаетъ говорить о нихъ. Сказать вамъ по правдѣ, Молли, мнѣ почему-то часто кажется, что ничего изъ этого не выйдетъ; онъ такъ долго пробудетъ въ отсутствіи, а Цинція, между нами будь сказано, не отличается постоянствомъ. Я знаю, что она одно время была сильно влюблена... впрочемъ, это маленькое дѣльцо давно покончено. Потомъ, она была по своему очень внимательна къ мистеру Гендерсону. Мнѣ кажется, это ужь у нея въ крови: когда я была молоденькой дѣвушкой, я всегда была осаждаема поклонниками, и никогда не имѣла духа отваживать ихъ. Вы ничего не слыхали отъ дорогого папа насчетъ стараго сквайра или милаго Осборна? Мы что-то ужь очень давно не видали Осборна и не слыхали о немъ. Но онъ, я полагаю, совершенно здоровъ, иначе мы бы узнали.
-- Кажется, онъ здоровъ. Кто-то говорилъ на дняхъ, что встрѣтили его верхомъ; ахъ, да, теперь помню -- это говорила мистрисъ Гуденофъ, и что онъ казался бодрѣе, нежели какимъ видѣли его всѣ эти мѣсяцы.
-- Въ самомъ дѣлѣ? душевно рада это слышать: я всегда любила Осборна, и знаете? я какъ-то никогда не могла совсѣмъ расположиться къ Роджеру. Разумѣется, я уважаю его и проч. и проч., но какъ же, напримѣръ, сравнить его съ мистеромъ Гендерсономъ? Мистеръ Гендерсонъ такой красивый и благовоспитанный молодой человѣкъ, и перчатки покупаетъ, только у Губигана.
Дѣйствительно, Осборнъ Гамлей давно не приходилъ, но, какъ это часто случается, онъ явился какъ разъ послѣ того, какъ о немъ говорили. На слѣдующій день послѣ отъѣзда мистера Гибсона, мистрисъ Гибсонъ получила записку отъ семейства лорда Комнора, съ просьбою съѣздить въ Тоуерсъ и отыскать тамъ какую-то книгу или рукопись, однимъ словомъ, что-то такое, чего леди Комноръ требовала со всѣмъ нетерпѣніемъ, свойственнымъ большемъ. Это было какъ разъ такое порученіе, которое могло представить ей пріятное занятіе на пасмурный день, и тотчасъ же развеселило ее. Съ нимъ было сопряжено нѣчто въ родѣ конфиденціально препорученной власти; притомъ это составляло пріятное разнообразіе въ ея жизни и доставило ей случай прокатиться въ каретѣ по великолѣпной аллеѣ и почувствовать себя какъ-бы временной хозяйкою богатыхъ покоевъ, нѣкогда столь знакомыхъ ей. Въ припадкѣ добродушія, она предложила падчерицѣ сопровождать, хотя вовсе не осталась недовольною, когда Молли объявила, что предпочитаетъ остаться дома. Въ одинадцать часовъ мистрисъ Гибсонъ уѣхала "разряженная по воскресному" (по выраженію служанки, которое возбудило бы ея негодованіе и полнѣйшее презрѣніе), вѣроятно, съ цѣлью внушить должное уваженіе къ себѣ слугамъ въ Томерсѣ, потому что болѣе некому было смотрѣть на нее.