-- Въ такомъ случаѣ не говорите имъ ничего. Я терпѣть не могу, когда мною восхищаются. Отчего бы вамъ не сказать, что это ваше личное желаніе не оставлять школы, пока они не найдутъ возможности пристроитъ своихъ дѣтей иначе?

-- Потому что это неправда, сказала она, смѣло рискуя всѣмъ.-- Я жажду сдѣлать васъ счастливымъ и преобразить вашъ домъ въ мѣсто отдыха и покоя для васъ. Я хочу поскорѣй окружить вашу милую Молли нѣжными попеченіями и заботливостію. Не могу же я взять на себя чужую заслугу. Еслибъ мнѣ пришлось говорить отъ своего имени, то я безъ церемоніи сказала бы имъ: "Добрые люди, найдите для вашихъ дочерей другую школу къ Михайлову дню, послѣ этого времени я ѣду составлять счастіе другихъ". О, я не могу равнодушно думать о вашихъ длинныхъ поѣздкахъ въ ноябрскіе вечера, когда вы возвращаетесь домой промокшіе, и некому о васъ позаботиться. Если вы мнѣ предоставите рѣшеніе, то я посовѣтую родителямъ взять ихъ дочерей прочь отъ особы, сердце которой несвободно. Я, конечно, не соглашусь все покончить до Михайлова дня: это было бы нехорошо и нечестно. Да и вы сами не захотите настаивать: вы слишкомъ добры.

-- Если вы полагаете, что ихъ можно удовлетворить этимъ срокомъ, то я, съ своей стороны, очень радъ назначить Михайловъ день. Но что скажетъ леди Комноръ?

-- Я говорила ей, что вамъ будетъ непріятно долго ждать по причинѣ хлопотъ съ слугами, и еще потому, что вы желаете какъ можно скорѣе доставить Молли новыя родственныя связи.

-- Конечно, конечно. Бѣдное дитя! Извѣстіе о моей предстоящей женитьбѣ ее жестоко встревожило.

-- Цинція тоже будетъ сильно поражена, сказала мистрисъ Киркпатрикъ, не желая, чтобъ ея дочь оказалась не столь чувствительной, какъ дочь мистера Гибсона.

-- Мы ее заставимъ пріѣхать на сватьбу. Она и Молли должны провожать невѣсту къ вѣнцу! воскликнулъ мистеръ Гибсонъ, неосторожно уступая влеченію своего сердца.

Этотъ планъ пришелся не слишкомъ-то по вкусу мистрисъ Киркпатрикъ. Но она сочла за лучшее не возражать, а подождать, пока изъ стеченія различныхъ обстоятельствъ само собой не возникнетъ препятствіе къ пріѣзду Цинціи на сватьбу. Теперь же она только улыбнулась и пожала руку, которую держала въ своей.

Трудно рѣшить, кто болѣе желалъ, мистрисъ Киркпатрикъ или Молли, чтобъ поскорѣй прошелъ день, который имъ надлежало вмѣстѣ провести въ Тоуэрсѣ. Возня съ молодыми дѣвушками до крайности надоѣла мистрисъ Киркпатрикъ. Всѣ трудныя минуты ея жизни имѣли большую или меньшую съ ними связь. Она была очень молода, когда впервые пошла въ гувернантки и поступила на такое мѣсто, гдѣ ея воспитанницы съ самаго начала одержали надъ нею верхъ. Ея красота, изящныя манеры и даровитость болѣе, нежели дѣйствительныя познанія и нравственныя качества, открывали ей, легче чѣмъ многимъ другимъ, входъ въ хорошіе дома. Въ нѣкоторыхъ изъ нихъ ее даже, въ полномъ смыслѣ слова, баловали, но это не мѣшало ей встрѣчать капризныхъ, упрямыхъ, самонадѣянныхъ, нетерпѣливыхъ, любопытныхъ или черезчуръ наблюдательныхъ дѣвочекъ. Затѣмъ передъ рожденіемъ Цинціи ей очень хотѣлось имѣть сына. Она надѣялась, что, въ случаѣ смерти трехъ или четырехъ родственниковъ, онъ могъ сдѣлаться баронетомъ. И вотъ, вмѣсто сына, у ней родилась дочь! Но несмотря на это отвращеніе къ молодымъ дѣвушкамъ въ массѣ (а отвращеніе это ничуть не уменьшилось вслѣдствіе того, что она содержала школу для "молодыхъ леди" въ Ашкомбѣ), она дѣйствительно намѣревалась быть доброй мачихой. Ея будущая падчерица представлялась ей въ памяти въ видѣ черноволосой, сонливой дѣвочки, въ глазахъ которой она прочла восторгъ къ своей особѣ. Мистрисъ Кирипатрикъ приняла предложеніе мистера Гибсона прежде всего потому, что устала сама добывать себѣ хлѣбъ. Но кромѣ того онъ ей нравился, она даже любила его его по своему, пассивно, и намѣревалась быть доброй къ его дочери, хотя чувствовала, что гораздо легче могла бы быть доброю къ его сыну.

Молли съ своей стороны тоже старалась пробудить въ себѣ и поддержать хорошія намѣренія. "Я хочу походить на Гарріету". Я буду думать о другихъ. Я не стану заботиться о себѣ", не переставала она повторять, ѣдучи въ Тоуэрсъ. Но вѣдь не было же эгоизмомъ -- желать, чтобъ день поскорѣй прошелъ, и она желала этого отъ всего сердца. Мистрисъ Гамлей дала ей экипажъ, который долженъ былъ ее ожидать въ Тоуэрсѣ и привезти назадъ вечеромъ. Добрая леди хотѣла, чтобъ Молли произвела благопріятное впечатлѣніе, и потому сама наблюдала за ея туалетомъ.