-- Ну, -- возразил сапожник, -- у всякого свой вкус, но должен сказать вам, что если бы у меня был этот ужасный нос, я заказал бы себе для него футляр из розовой, лаковой кожи. Смотрите, вот у меня под рукой прекрасный кусочек; конечно, для этого потребовалось бы по крайней мере локоть. Но как хорошо он предохранял бы вас, маленький барин! Я вполне уверен, что так вы натыкаетесь на каждый косяк, на каждую повозку, от которой хотите посторониться.
Малютка стоял, онемев от ужаса. Он стал ощупывать свой нос: нос был толст и длиной, вероятно, в две ладони! Таким образом, старуха изменила и его наружность, -- поэтому-то мать и не узнала его, поэтому его и называли безобразным карликом!
-- Мастер! -- сказал он сапожнику чуть не плача. -- Нет ли у вас под рукой зеркала, в которое я мог бы посмотреть на себя?
-- Молодой барин, -- серьезно отвечал отец, -- вы получили совсем не такую наружность, которая могла бы сделать вас тщеславным, и у вас нет причины ежеминутно глядеть в зеркало. Отвыкайте от этого, это, особенно у вас, -- смешная привычка.
-- Ах, так дайте мне все-таки посмотреть в зеркало, -- воскликнул малютка, -- уверяю, это не из тщеславия!
-- Оставьте меня в покое, у меня нет зеркала! У моей жены есть зеркальце, но я не знаю, где она его спрятала. А если вам непременно нужно посмотреть в зеркало, то через улицу живет цирюльник Урбан, у него есть зеркало вдвое больше вашей головы. Посмотрите там в него, а пока прощайте!
С этими словами отец тихонько выпроводил его из лавки, запер за ним дверь и опять сел за работу.
А малютка, очень огорченный, пошел через улицу к цирюльнику Урбану, которого хорошо знал еще по прежнему времени.
-- Здравствуйте, Урбан! -- сказал он ему. -- Я пришел просить вас об одном одолжении. Будьте так добры и позвольте мне немного посмотреть в ваше зеркало.
-- С удовольствием, вон оно стоит! -- со смехом воскликнул цирюльник, а его посетители, которым он должен был брить бороды, тоже громко засмеялись. -- Вы красивый малый, стройный и тонкий, шейка как у лебедя, ручки как у королевы, и вздернутый носик, красивее которого нельзя видеть. Правда, поэтому вы немного тщеславны, но все-таки посмотрите на себя; пусть обо мне не говорят, что я из зависти не дал вам смотреть в мое зеркало.