-- А все-таки, -- вставил свое слово знатный молодой человек, -- все-таки я не могу совершенно отвергать сказанное. Припомните слухи о тех людях, которые однажды бесследно пропали в этом лесу. Перед этим многие из них говорили, что будут ночевать в этой харчевне. А после того как две или три недели спустя о них ничего не было слышно, о них стали справляться, и когда спросили здесь, то в харчевне сказали, что никого из них тут и не видели. Ведь это подозрительно!
-- Бог знает! -- воскликнул механик. -- В таком случае мы поступили бы, конечно, благоразумнее, если бы расположились на ночлег неподалеку, под хорошим деревом, чем здесь, в этих четырех стенах, где о бегстве нечего и думать, если они разом займут дверь, -- ведь окна с решетками.
Под влиянием таких речей все сделались задумчивы. Казалось вполне вероятным, что корчма в лесу была в сношениях с разбойниками, по доброй ли воле или по принуждению. Вследствие этого ночь представлялась им не совсем безопасной, тем более что они много раз слышали рассказы о путешественниках, которые подверглись нападению во время сна и были убиты. И если бы даже дело не дошло до их жизни, то часть гостей в корчме была с такими ограниченными средствами, что грабеж некоторой доли их имущества был бы им очень чувствителен. И они угрюмо и печально смотрели в свои стаканы. Молодому человеку хотелось теперь ехать на своем коне по безопасной и открытой долине; механику хотелось бы иметь телохранителями двенадцать своих товарищей силачей, вооруженных дубинами, а золотых дел мастера Феликса охватила тревога больше за убор его благодетельницы, нежели за свою жизнь.
Извозчик же, который несколько раз задумчиво отмахивал от себя дым своей трубки, тихо произнес:
-- Господа, по крайней мере они не должны напасть на нас во время сна. Я со своей стороны намерен, если только кто-нибудь присоединится ко мне, бодрствовать всю ночь.
-- Я тоже хочу... я тоже! -- воскликнули трое остальных.
-- Спать я все равно не смог бы, -- прибавил молодой господин.
-- Ну, чтобы быть бодрыми, нам нужно чем-нибудь заняться, -- сказал извозчик. -- Так как нас как раз четверо, то я думаю, что можно было бы сыграть в карты. Это поддержит нашу бодрость и займет время.
-- Я никогда не играю в карты, -- возразил молодой человек, -- поэтому меньше всех могу поддержать вашу компанию.
-- И я совсем не умею играть, -- прибавил мастер Феликс.