В доме была одна запертая комната, которая его очень занимала; иногда из нее слышался какой то шум. Ему хотелось знать что там такое. И часто приходило в голову не спрятан ли там клад.
Раз как-то старушка вышла со двора; одна из собачонок, подбежав к Муку, стала дергать его за полы халата, будто позывая его куда-то: он пошел за нею. Собака привела его в спальню и прямо к потайной дверке, которой Мук доселе и не видал. Дверь была приотворена; собачонка проскользнула в нее, Мук за нею и, какова же была его радость, когда он очутился наконец в той комнате куда так давно желал попасть. Он осмотрелся, думая найти там сокровища, но ничуть не бывало: кроме старого платья да посуды он ничего не нашел. Ему понравилась какая-то хрустальная ваза, он было взял ее в руки, но не заметил, что она была с крышкою! Крышка осталась у него в руках, а ваза полетела на пол и разбилась вдребезги! Теперь ему ничего больше не оставалось делать, как бежать и бежать тотчас. Он оглянулся: что бы захватить с собою? В углу стояли туфли. Как раз кстати, его туфли уже вовсе проносились. А возле них была тросточка; он захватил и то и другое и бросился без оглядки вон из дому.
Не долго бежал он, как уже очутился за городом. Ему казалось, что он никогда так скоро не бегал прежде, точно кто-то силою толкал его; ему хотелось остановиться, но он не мог, туфли сами тащили его; он чуть не падал от усталости и не знал как быть. Наконец он закричал: «стой!» — и туфли остановились. В изнеможении Мук бросился на землю; но все же он обрадовался своей находке. «Не даром жил, хоть что-нибудь да заработал», — подумал он и тут же на месте уснул.
Ему приснилась та самая собачонка, что привела его к туфлям, которая теперь ему говорила:
«Ты еще не знаешь, Мук, всей силы этих волшебных туфлей; перевернись в них три раза на одной ноге и ты полетишь куда пожелаешь, а посошок укажет тебе клад: возле золота он стукнет трижды, а возле серебра дважды».
Проснувшись Мук пожелал испытать это; но перевернуться на одной ноге в широких туфлях — не легкое дело. Долго он бился и несколько раз ткнулся носом в землю; наконец ему удалось и — о чудо! — он полетел! Быстро мчался он под облаками, желая остановиться в первом же городе. Едва он успел это подумать как стоял на огромной базарном площади, где все кругом него бегало и суетилось. Он не мог там оставаться, ему то и дело наступали на туфли и он стал придумывать куда ему идти и что делать? Самое бы лучшее дело было с помощью посошка идти разыскивать клад, но куда идти? Надо же знать приблизительно где искать. Ему уже приходило в голову как-карлику показываться за деньги; но уж к этому он думал прибегнуть в случае крайности, если ничего лучшего не найдется. Наконец он вспомнил свои волшебные туфли, может быть они меня прокормят, подумал он и решил наняться в придворные скороходы.
Не думая долго, он, пошел во дворец. Часовой спросил его, что ему надо. Мук отвечал, что желает наняться к королю в скороходы. Часовой осмотрел его с ног до головы: «Взгляни ты на себя, на что ты похож? Ноги-то у тебя какие! Королевский скороход! Убирайся-ка ты по добру да поздорову!» — Мук заверял что обгонит всякого, лишь бы ему дали потягаться. Часовой смеялся, однако велел карлику приготовиться, а сам пошел доложить королю.
«Король был человек веселый, — отчего же не потешиться?» — подумал он и велел приготовить за дворцом место для бега, так чтобы ему было видно из окон. Король рассказал своим принцам и принцессам о таком новом зрелище, от них разошлось дальше и вскоре весть эта облетела весь город.
Вечером весь город сошелся смотреть на скорохода. Когда все было готово и король с придворными уселся у окна, на площади показался маленький Мук. Он раскланялся на все стороны. Раздался общий хохот. И нельзя было не смеяться. Карлик головастик в широком халате и огромных туфлях, готовился бежать взапуски с рослым скороходом, выбранным по его же желанию.
Однако Мук не смутился таким приемом. Упираясь о свою палочку, он гордо выпрямился и с достоинством осмотрел зрителей. Оба скорохода стояли рядом, ожидая условного знака. Старшая принцесса махнула вуалью, и скороходы полетели как стрелы. Сначала казалось, будто Мук отставал, но он бежал все скорее и скорее и наконец оставил своего противника далеко позади. Громкие рукоплескания раздались на площади.