-- Я слишкомъ много испыталъ для того, чтобы быть чѣмъ-нибудь инымъ, а не священникомъ. Что же мнѣ: исправлять искалѣченные стихи древнихъ поэтовъ или собирать отрывки ученыхъ софистовъ, или возиться еще въ какомъ-нибудь ученомъ хламѣ? Это испыталъ то, что я, тотъ не можетъ центромъ своего существованія ставить удобство жизни. Въ сущности жизни, какъ она ни горька, обращены мои мысли; это будетъ моею новою задачей. Я хочу просить -у курфюрста прихода, скрытаго въ дальнихъ лѣсахъ его государства. Тамъ я буду учить дѣтей складывать ручки, наставлять родителей охранять сердца дѣтей, укрѣплять супруговъ въ ихъ добрыхъ намѣреніяхъ, защищать слабыхъ, возвращать заблуждающихся. И если я, какъ вѣрный пастырь, буду охранять самый маленькій приходъ такъ, что послѣ моихъ проповѣдей они легче и усерднѣе возвратятся въ работѣ и тягостямъ жизни, сдѣлаются миролюбивѣе и покорнѣе судьбѣ, у меня будетъ болѣе совершенное убѣжденіе, что моя жизнь прошла не напрасно, чѣмъ если бы я научилъ мальчиковъ читать поэтовъ и доктора назвали бы моимъ именемъ какое-нибудь ученіе. Я хочу быть не извѣстнымъ, а забытымъ. Дѣти и сосѣди одни должны меня знать.
Клитія нѣжно прижалась къ его плечу и ласково посмотрѣла ему въ глаза. Только Феликсъ не хотѣлъ помириться съ тѣмъ, что концомъ этого великаго начала будетъ забытая гиперборейская, деревенька. Но магистръ дружески положилъ ему на плечо руку и сказалъ:
-- Добрый Феликсъ, будь увѣренъ, что священникъ Паоло будетъ счастливѣе магистра Лауренцано, а слава нашего благороднаго рода ярче заблещетъ въ твоихъ искусныхъ рукахъ.
-- Смотрите, что онъ создалъ, нашъ новый Микель-Анджело,-- радостно вскричалъ г. Беліеръ, развертывая планъ новаго дома.
Восторженный крикъ огласилъ всю комнату.
-- Какъ грандіозно возвышается этажъ надъ этажемъ,-- сказалъ Эрастъ,-- до высокаго фронтона, показывающаго свѣту вооруженіе, въ которомъ нашъ воинственный другъ такъ славно подвизался. А вотъ геральдическій звѣрь Беліеровъ и вѣрное изображеніе нашей гостепріимной хозяйки.
-- Mon Dieu,-- вскричала маленькая француженка,-- вѣдь, это ной попугай на рукѣ. Но зачѣмъ здѣсь эти два ангела съ постройки Рупрехта, несущіе щитъ?
Клитія, покраснѣвъ, взглянула на друга, вспомнивъ тотъ часъ, когда она разсказала ему свой сонъ. Но художникъ не обратилъ вниманія на этотъ вопросъ.
-- Здѣсь,-- сказалъ художникъ, польщенный похвалами,-- я оставилъ еще фризу, чтобы вы написали на ней вашъ девизъ
-- Это дѣло художника,-- любезно отвѣтилъ гугенотъ.