Кок совсем разошелся. Машет чумичкой, шумит, сигнальщику по шее заехал.
- Вы и смеетесь так здорово потому, что я вам обед вкусный готовлю. И встаю я раньше вас всех. Вы еще досыпаете, а я уж на камбузе все продукты разберу и приготовлю. Вот уж о ком думают все сразу, так это обо мне, и бывает это без десяти минут двенадцать, перед обедом! Даже Егорка, на что уж зверь, и то обо мне думает. Вот заболею я, что вы без меня делать станете? Слушайте-ка, товарищи, что я вам скажу. Кочегару мыться долго, он в угле весь перепачкан, а я сейчас переоденусь, и посылайте меня хоть на три праздника сразу-не посрамлю наш славный крейсер. Вот товарищ писарь мне сейчас и документ напишет. Напечатаешь ведь, товарищ писарь?
Писарь докурил папироску, бросил ее в кадку, что на флоте обрезом называется, и ответил:
- Нет, не напечатаю!
Кок даже рот разинул от удивления.
- Как это так не напечатаешь?
- А ты разве без документов не можешь ехать?
Кок руками развел, обиделся.
- Как же я без документов поеду, меня и с корабля не пустят!
Писарь помолчал, помолчал, да и сказал.