Снаряды без задержек доходили до орудии, залп следовал за залпом. Командир и комиссар переглядывались молча и покачивали головами.
- Ну и молодцы! Ну и краснофлотцы!
Успешно стрелял корабль ночью. Почти ни одного промаха не сделали краснофлотцы.
Пусть-ка сунутся буржуи!
Когда горнисты протрубили отбой стрельбе и по всему кораблю по телефонам было передано, что задание перевыполнено и корабль оправдал звание ударного, не было ни одного краснофлотца на советском корабле, кто бы не порадовался успеху.
В кочегарке потный и грязный кочегар, словно забыв о том, что он четыре часа простоял у жаркой топки, схватил лопату, и в обнимку с ней пустился в пляс.
Смолкли раскаты залпов. Корабль изменил путь и пошел в родной порт на заслуженный отдых.
Машины все увеличивали ход, так что корабль весь содрогался от лихого бега, как породистый конь.
За кормой бушевала пена, поднятая бешено работающими винтами, и ветер свистел в снастях, срывая фуражки с краснофлотцев.
Море обдавало вахтенных сигнальщиков солеными брызгами, но сигнальщики зорко смотрели вперед. Много раз ходил корабль по этому курсу по пути в родной порт, да осторожность и бдительность необходимы на флоте.