— Нет, — удивился я. — Какие там документы — бандиты напали.
— А-а-а… — И он молча запыхтел папироской.
— Ты куда пробираешься? — после долгого молчания неожиданно спросил он.
— Я на Дон… — начал было я и замолчал.
— На До-он? — протянул он, привставая. — Ты… на Дон?
Быстрая и недоверчивая улыбка пробежала по его тонким потрескавшимся губам, прищуренные глаза широко раскрылись, но тотчас же потухли, лицо его стало равнодушным, и он опросил лениво:
— Что же у тебя там, родные, что ли?
— Родные… — ответил я осторожно, потому что почувствовал, как он старается выпытать все обо мне, в сам умышленно остается в тени.
Он опять замолчал, повернул на другой бок гуся, с которого скатывались капли шипящего жира, и сказал спокойно:
— Я тоже в те места пробираюсь, только не к родным, а в отряд.