Рита ста­ла с ним спо­рить, до­ка­зы­вая, что та­ко­го глу­по­го за­ко­на нет. Он де­лал вид, что сог­ла­ша­ет­ся, но, по-ви­ди­мо­му, ве­рил ей ма­ло.

Между тем Ни­ко­лай­, не от­ры­вая глаз, мол­ча пос­мат­ри­вал на со­сед­нюю ком­на­ту, от­да­лен­ную ши­ро­ки­ми за­на­вес­ка­ми. За­на­вес­ки иног­да чуть-чуть ко­лы­ха­лись, и за ни­ми слы­шал­ся сдер­жан­ный ше­пот. По­том они рас­пах­ну­лись, и ра­зом в ком­на­ту вош­ли три жен­щи­ны. Они бы­ли без па­ран­д­жи и без чад­ры, но, оче­вид­но, еще толь­ко не­дав­но рас­ста­лись с ни­ми, по­то­му что го­ло­вы дер­жа­ли чуть-чуть скло­нен­ны­ми и гла­за опу­щен­ны­ми вниз.

Стали обе­дать. Ели ка­кой­-то суп, в ко­то­ром ба­рань­его жи­ра бы­ло боль­ше, чем все­го ос­таль­но­го, по­том по­да­ли плов - рис с ба­ра­ни­ной­, с ку­соч­ка­ми мор­ко­ви и изю­мом.

Николай не сво­дил глаз с до­че­ри Мах­му­да - Фа­ти­мы. Она поч­ти ни­че­го не ела и за все вре­мя ни ра­зу не пос­мот­ре­ла ни на ко­го из нас, кро­ме Ри­ты. За Ри­той она наб­лю­да­ла прис­таль­но, всмат­ри­ва­ясь в каж­дую чер­точ­ку ли­ца и каж­дый жест, как бы ста­ра­ясь за­пом­нить его.

Николай под­тал­ки­вал ме­ня лок­тем, вос­хи­ща­ясь смуг­лым ли­цом де­вуш­ки, но мне оно не осо­бен­но нра­ви­лось, и я ста­рал­ся боль­ше нас­чет пло­ва.

Кончив обе­дать, мы вста­ли, поб­ла­го­да­ри­ли и по­жа­ли ру­ку хо­зя­ина. Ни­ко­лай по­до­шел к де­вуш­ке и, пок­ло­нив­шись, про­тя­нул ей ру­ку то­же. Она вски­ну­ла на не­го ис­пу­ган­ные гла­за, от­с­ту­пи­ла на шаг и воп­ро­си­тель­но пос­мот­ре­ла на от­ца. Тот был, по-ви­ди­мо­му, не­до­во­лен ее по­ры­вис­тос­тью; он рез­ко ска­зал ей что-то по-сво­ему! Тог­да она по­кор­но по­дош­ла и са­ма по­да­ла ру­ку Ни­ко­лаю. Выш­ло как-то не­лов­ко.

После обе­да ви­но нем­но­го раз­вя­за­ло язык Мах­му­ду.

- Скажите, по­жа­луй­ста, -по­ду­мав, спро­сил он, -ка­кая рес­пуб­ли­ка са­мая глав­ная в Рос­сии?

- То есть в Со­юзе, -- поп­ра­вил его я. -- Глав­ных нет. Все оди­на­ко­вые и на рав­ных пра­вах.

Ответ при­шел­ся, по-ви­ди­мо­му, по вку­су, он при­щел­к­нул язы­ком и ска­зал: