"Там - та гор­ная стра­на, -по­ду­мал я. -Впро­чем, все рав­но!"

Не раз­ду­мы­вая, не рас­суж­дая, я свер­нул с до­ро­ги и быс­т­ро за­ша­гал в от­к­ры­тую пасть за­га­доч­но­го ущелья.

Мне труд­но сей­час ска­зать, сколь­ко дней - че­ты­ре или шесть - я шел впе­ред.

Кажется, ла­зал, как лу­на­тик, по го­ло­вок­ру­жи­тель­ным кар­ни­зам, на­ты­кал­ся на пе­ре­ре­за­ющие путь ска­лы, воз­в­ра­щал­ся об­рат­но, за­ги­бал впра­во, за­вер­ты­вал вле­во, кру­жил и, на­ко­нец, по­те­рял вся­кое пред­с­тав­ле­ние о том, ку­да иду и от­ку­да на­чал путь.

Кажется, но­чи бы­ли прох­лад­ные. Но­ча­ми свис­те­ли раз­бой­ные вет­ры, ре­ве­ли по­то­ки, и вы­ли по но­чам не то вол­ки, не то со­вы, да шу­ме­ли лис­тья ди­ко­го зве­ри­но­го ле­са.

Скоро нас­ту­пил го­лод. Я ла­зал по де­ревь­ям. Дос­та­вал яй­ца ка­ких-то чер­но-си­них птиц. Пой­мал од­наж­ды в но­ре зверь­ка, по­хо­же­го на сус­ли­ка, за­жа­рил и съел.

И чем даль­ше за­би­рал­ся я, тем глу­ше, мол­ча­ли­вей и враж­деб­ней смы­ка­лось коль­цо гор, тем бес­по­щад­нее да­ви­ли го­ло­ву ка­мен­ные гро­ма­ды урод­ли­вых скал. Не бы­ло ни ма­лей­ше­го приз­на­ка че­ло­ве­чес­ко­го жилья, ди­кой ка­за-ла­сь са­ма мысль, что здесь мо­жет жить че­ло­век.

Только один раз бы­ла встре­ча. В тре­вож­ном шо­ро­хе дро­жа­ще­го кус­тар­ни­ка я стол­к­нул­ся ли­цом к ли­цу со ста­рым об­лез­лым мед­ве­дем. Он под­нял­ся из ло­го­ва, прис­таль­но пос­мот­рел на ме­ня, по­мо­тал го­ло­вой и, ле­ни­во по­вер­нув­шись, спо­кой­но по­шел прочь.

Эти дни го­ло­ва у ме­ня бы­ла го­ря­ча, ибо в ней, как в гли­ня­ном со­су­де, в ко­то­ром бро­дит ви­ног­рад­ное ви­но, бро­дит ли без тол­ку, би­лись о сте­ны че­реп­ной ко­роб­ки не­ок­реп­шие еще и нес­ло­жив­ши­еся мыс­ли. По­том все пе­реб­ро­ди­ло, улег­лось, страш­ная ус­та­лость на­ча­ла ско­вы­вать те­ло. И од­наж­ды, взоб­рав­шись на по­рос­ший мхом ка­ме­нис­тый холм, я ус­нул тя­же­лым, креп­ким сном. Тем са­мым сном, ко­то­рым за­кан­чи­ва­ет­ся при­па­док, сном, во вре­мя ко­то­ро­го про­хо­дят су­мер­ки и нас­та­ет се­рый­, но нас­то­ящий день.

Проснулся я от уко­ла в спи­ну. По­вер­нул­ся, от­к­рыл гла­за: