И я по­нял тог­да, что кровь на мо­их по­дош­вах бы­ла кровью Ул­лы. Ско­ро де­вуш­ка ос­та­но­ви­лась и взя­ла ме­ня за руку.

- Скажи,- поп­ро­си­ла она ти­хо,- ста­ри­ки го­во­рят, что ког­да че­ло­век по­гиб­нет, то пос­ле смер­ти он уле­та­ет в да­ле­кую стра­ну звезд. Ска­жи, ког­да я ум­ру, я встре­чу там Ру­ма?

И, так как здесь был не дис­пут о заг­роб­ной жиз­ни, не сто­ило об­ру­ши­вать­ся на мис­ти­ку и не­ма­те­ри­алис­ти­чес­кое по­ни­ма­ние про­цес­сов. Я твер­до сол­гал ей:

- Да, встре­ти­тесь.

На этом мес­те тро­пин­ка бы­ла нас­толь­ко уз­ка, что дво­им нель­зя бы­ло ид­ти ря­дом. Я по­шел впе­ред и, пог­ля­дев на не­бо, усы­пан­ное звез­да­ми, вспом­нил Ру­ма с его меч­той иметь "же­лез­ную пти­цу", что­бы знать и ви­деть все, что толь­ко мож­но уз­нать в этом ми­ре. И я по­ду­мал, улыб­нув­шись: "Рум! Не толь­ко те­бе, но и мне нуж­на пти­ца, ко­то­рая на­учи­ла бы ме­ня ви­деть и по­ни­мать все. Но еще до сих пор я не встре­тил ее ни в го­лу­бом не­бе, ни в зе­ле­ных лу­гах. И ес­ли да­же я и встре­тил ее слу­чай­но, то еще не уз­нал ее..."

Я вздрог­нул от шо­ро­ха осы­па­ющих­ся кам­ней. Я обер­нул­ся и уви­дел, что на узень­кой тро­пин­ке над про­пас­тью не бы­ло ни­ко­го, кро­ме ме­ня. Но­ра, тос­ку­ющая о Ру­ме, ис­чез­ла в тем­ной пус­то­те про­пас­ти...

Далекий сон -- стра­на уми­ра­ющих ры­ца­рей­, стра­на же­лез­ных коль­чуг и ка­мен­ных зам­ков -- этот сон уп­лыл прочь.

И док­тор Вла­ди­кав­каз­с­кой нервной кли­ни­ки, не Мо­исей Аб­ра­мо­вич по­жи­мал мне ру­ку и го­во­рил:

- Ну, смот­ри­те, боль­ше ни­ка­ких пот­ря­се­ний. Трав­ма. Ис­те­роп­си­хо... Об­раз жиз­ни - са­мый ре­гу­ляр­ный. Боль­ше пей­те мо­ло­ка, и что­бы ни­ка­ких Хев­су­ре­тий.

Я вы­шел на ули­цу. Лег­кое сол­н­це... Мяг­кой улыб­кой рас­п­лы­ва­лась зо­ло­тис­тая осень. Я жад­но хлеб­нул гло­ток све­же­го воз­ду­ха и улыб­нул­ся сам.