— Покажи-ка свое колено, — сказал Гардт Андерлю, — авось, удастся кое-как перевязать поврежденное место костюма.
Он обхватил резину вокруг дыры и крепко связал куском проволоки. Осторожно отпустив руку, он к величайшему удовольствию заметил, что повязка не пропускает воздуха.
Таким образом Андерль опять получил свободу передвижения, и это было весьма кстати, так как во время борьбы со змеями они потеряли много воздуха при усиленном дыхании, и должны были теперь спешить изо всех сил к «Виланду», прежде чем иссякнет весь воздух.
Сейчас Андерль шел впереди всех.
Доктор задержался на минуту. Ему хотелось собрать все то, что удалось ему найти в кратере.
— Дядя Алекс, что ты там возишься? — крикнул Ганс.
— Неужели ты думаешь, что я отсюда вернусь с пустыми руками? — ответил ученый, перебрасывая через плечо мешок.
Оказывается, он захватил с собой одну окоченевшую ящерицу.
— Замечательный экземпляр, длиной в два метра! — Ученый теперь был озабочен лишь тем, как бы не повредить это ценное животное при подъеме.
Поразительно, что ящерица потеряла свой белый цвет. Под влиянием ярких солнечных лучей ее кожа, повидимому, весьма чувствительная к свету, покрылась синевато-черными и ржаво-коричневыми пятнами. Только те части тела, которые оставались в тени, сохранили свой белый цвет. Так как воздух здесь был более разреженный, а потому и более холодный, чем в пещере, то Алексу нечего было опасаться, что ящерица вернется к жизни.