— Теперь все зависит от того, не расплавится ли наша ракета. Внешняя оболочка ее уже сейчас нагрелась до 50° по Цельсию, и нагревание усиливается с каждой минутой. Придется опять тормозить, ибо если мы врежемся с этой космической скоростью в нижние слои воздуха, то «Виланд» воспламениться, как спичка.
— Но при торможении мы упадем в море. Нельзя сказать, чтобы это была приятная перспектива…
— Ничего не поделаешь, дядя. Мы вообще должны будем благодарить судьбу, если нам удастся доставить «Виланд» на землю невредимым.
Следующее торможение вызвало дальнейшее уменьшение скорости на 1 400 метров.
Гардт развязал висевшие над кабиной капитана спасательные шары и стал освобождать веревочные лестницы. При этом ему помогал Томми.
— Все готово! — крикнул инженер, который уже не мог скрыть своего лихорадочного возбуждения и крайне нервного состояния. — Теперь немедленно все в спасательные шары! Не терять ни минуты! Живо!
— А ты, Ганс? — спросил доктор.
— Никаких возражении! — крикнул капитан резко. — Пока дюзы еще работают, я…
— Готово?
— Все в порядке, — раздался спокойный голос Андерля.