-- Иоанн? -- нерешительно проговорил он.
-- Да, это Иоанн; это, несомненно, Иоанн. Благословен ты, сын мой, приведший меня сюда!
Он высвободился, отошел на несколько шагов и произнес медленно, как бы обдуманно:
-- Да будет проклят этот человек!
Мать протянула к нему руки, точно пытаясь его остановить.
-- Не ожесточай своего сердца, сын мой!
-- Если б оно было помягче, нам обоим пришлось бы умереть с голоду! -- ответил он и отвернулся. Он стал прислушиваться украдкой, как будто она могла видеть его, но, ничего не услышав, презрительно передернул плечами и снова повернулся к ней.
Она, между тем, поднялась и беспомощно вперила свои угасшие глаза в пространство.
-- Что ты так пристально смотришь туда? -- сердито вскричал он. -- Ведь ты все равно ничего не видишь!
Тогда она поникла головой и прикрыла глаза руками.