Если, однако, Штирией будет владеть Гитлер, а соседней Каринтией — его союзник Карагеоргиевич (сербская династия), то армия Муссолини окажется под ударом. А тогда может случиться, что наступление австрийских легионов национал-социализма, воздушных эскадрилий Геринга и югославских войск изменит в один прекрасный день границу у Бреннера, уничтожит исторические завоевания, добытые Италией столетней борьбой, и превратит Триест, восточный порт «новой римской империи» «дуче», в южный порт «новой германской империи» Гитлера.

К этому сводилась в конечном итоге борьба Тиссена, борьба за штирийское железо и за «душу Австрии». Конференция в Венеции в июне 1934 г., встреча двух вождей мирового фашизма перед восхищенной аудиторией чернорубашечников и коричневорубашечников, перед венецианскими гондольерами, лондонскими корреспондентами и ньюйоркскими фотографами была последней попыткой добиться компромисса, по крайней мере, временного modus vivendi или раздела Австрии. Единственным человеком, допущенным на это свидание, был граф Вольпи — агент Банка Коммерчиале. Но законы крупного капитала более могущественны, чем законы международной фашистской солидарности, которая не существует, а если и существует, то только тогда, когда она направлена против международного рабочего класса и против социализма.

Юпитеры в Венеции потухли. И в Австрии наступила ночь. Расстановка сил полностью закончилась. Позади сближались гигантские силуэты концентрированного рурского угля и концентрированного альпийского электричества: Тиссен против Теплица. Перед ними трубили политические маршалы: Гитлер против Муссолини. Одной линией ближе — национальные генералы: Габихт против Дольфуса. И, наконец, на первой линии атакующих войск: австрийские национал-социалисты против хеймвера. А между ними, среди ударов, атак и проклятий двух армий, австрийский народ, за «душу» которого велась борьба.

* * *

24 июля Альпийская горная компания и ее партия подали сигнал. 25-го в полдень началось «восстание». В час пополудни был убит Дольфус.

Техническая организация — как это почти всегда бывает у национал-социалистов — была превосходна. Старый стратегический прием Геринга — Шлиффена — застигнуть противника врасплох — снова полностью удался. В течение пяти минут небольшой отряд в 154 человека, одетых в полицейскую и военную форму, захватил дворец канцлера, чтобы арестовать правительство и одним ударом лишить его возможности действовать.[33] Другая группа в 15 человек осаждала радиостанцию, чтобы объявить об образовании нового правительства, как о свершившемся факте. По всей Австрии в то же время местным командам национал-социалистов отдавались зашифрованные телеграфные приказы о выступлении, а 50 тыс. солдат австрийского легиона в боевом порядке стояли на баварской границе, чтобы по первому знаку ударными колоннами ринуться к Вене на грузовиках — список нового правительства в Австрии был уже составлен. Ринтелен, давнишний проконсул Штирии и клиент Альпийской горной компании, игравший теперь роль «австрийского фон-Папена», фигурировал в этом списке в качестве канцлера; Габихт и Фрауенфельд — в качестве представителей Гитлера. Но уже через несколько часов в Вене и по всей стране, за исключением Штирии и Каринтии, путч потерпел непоправимое поражение.

Что же произошло? Всего лишь своеобразный урок, касающийся внутренних взаимоотношений между крупным капиталом и фашизмом, преломившихся в призме бушующей гражданской войны, гражданской войны в полном разгаре. Почему первоначальный оперативный удар национал-социалистов в Вене — захват правительственных зданий, арест министров, террористические покушения на жизнь членов правительства и т. д. — был так успешен и достиг цели практически в течение нескольких минут? Потому что все это была работа СС, маленькой специальной гвардии чернорубашечников, которая является только техническим, а не политическим (в смысле массового движения) инструментом, которая представляет собой полицию, а не солдат фашизма.

Все выступление, включая и нападение на дворец канцлера, убийство Дольфуса, арест Фея и других министров, налет на радиостанцию и все прочие неожиданные вылазки, было фактически организовано и выполнено одним центром — «Секцией VIII (Австрия)» мюнхенского генерального штаба гитлеровских чернорубашечников, а в самой Вене — только одним отрядом чернорубашечников — «штандарт (полк) номер 89». К этому полку принадлежали: убийца Дольфуса — Планетта, командир отряда, ворвавшегося в Балльхаузплатц, Хольцвебер и все остальные арестованные путчисты; даже Рудольф Дертиль, человек, который в сентябре 1933 г., за десять месяцев до путча, произвел неудачное покушение на жизнь Дольфуса, тоже состоял в этом полку.

Следуя плану, начертанному Гиммлером, высшим начальником германских чернорубашечников, и Биглером, Шварцем и Гессом, возглавлявшими австрийский отдел мюнхенского генерального штаба,[34] несколько сот человек из венского отряда СС одним ударом в течение нескольких часов «захватили» решающие пункты в Вене.

Технический инструмент действовал превосходно, стратегическая база для политической революции была обеспечена. Но эта политическая революция не произошла, т. е. не произошло массового восстания, которое должно было последовать за технической подготовкой: ее не было и в Вене, в решающем пункте. Почему? Потому что в ней не приняли участия фашистские массы мелкой буржуазии Вены; пока венские СС со своими «сотнями» (группами по сто человек) выполняли остроумный стратегический план переворота, венские СА, насчитывающие в своих отрядах в Вене десятки, а по всей стране сотни тысяч человек, даже не подумали шевельнуться и, хотя их политического выступления упорно ждали, остались пассивными наблюдателями.