— Да, но письма-то я не успел получить.
— Как же ты все-таки меня разыскал?
Уолтер улыбнулся весенней улыбкой.
— Зашел сегодня поесть тут рядом, в ресторан «Домашний стол», — сказал он. — Пусть думают, что хотят, но в это время года мне еда не еда без свежей зелени. Я проглядел их меню, так славно отпечатанное на машинке, поискал чего-нибудь подходящего. Когда я увидел то, что напечатано после «Капуста красная», я опрокинул стул и стал во все горло звать хозяина. Он сказал мне, где ты живешь.
— Да, помню, — проговорила Сара с радостным вздохом. — За капустой шли одуванчики, одуванчики с лимонным соком.
— Это кривое заглавное «М» у твоей машинки я где хочешь узнаю, — сказал Уолтер.
— Но в слове «одуванчики» нет заглавного «М»! — воскликнула Сара недоумевающе.
Молодой человек извлек из кармана листок и указал на одну из напечатанных на нем строчек.
Сара сразу же узнала тот первый экземпляр меню, который печатала днем. В правом верхнем углу его заметно было слабое расплывшееся пятнышко от оброненной слезы. Но на том месте, где следовало бы прочесть название блюда из полевого цветка, неотступное воспоминание о золотистом венке заставило ее пальцы отстукать странные буквы.
Между «Капустой красной» и «Зеленым фаршированным перцем» стояло: