Достать помещение для отряда Филиппа, очевидно, было делом нелегким: все дома в городе были переполнены прибывшими отовсюду гугенотами. Поэтому решено было ночевать на морском берегу, где уже расположилось множество народа. Когда все было устроено, Филипп в сопровождении Пьера отправился в замок, где жили Конде и Колиньи со своими семьями.
Как оказалось, весть о происшествиях в Ниоре уже дошла до Ла-Рошели, и в приемной Филиппа засыпали вопросами. Но не успел он ответить, как из внутренних покоев показались Конде и адмирал.
-- А! Сэр Флетчер! -- сказал адмирал.-- Вот когда мы услышим правду о деле под Ниором. Граф здесь?
-- Он вернулся в Лаваль, адмирал,-- ответил Филипп,-- с теми, которые пожелали отправиться туда, а мне поручил отвести сюда большинство ниорских беглецов.
-- Но мне донесли, что отряд, прибывший с вами, состоит всего из сорока человек. Говорят, на пути была стычка... Много вы потеряли людей?
-- Ни одного, адмирал,-- ответил Филипп.-- Несколько человек легко ранено.
-- Да сколько же вас всех вышло из Лаваля?
-- Шестьдесят человек.
-- Так кто же разогнал ниорскую чернь, бушевавшую в деревнях, и добился освобождения гугенотов в Ниоре?
-- Мы. Нас было шестьдесят человек.