…Вот крайние хатки бабушкиной станицы. Она светит из темноты целой цепью неровных огней. Белеют первые хатки. Сквозь марлевые занавески в окошках виден желтый свет электричества.
— Вон твой дом, гляди! — говорит Света.
И Ляля видит раскрытые ставни бабушкиного дома. Кто-то ходит по комнате. На занавеске мелькает тёмное. Это тётя Сватья. Калитка заперта на задвижку.
Услышав стук, выбегает из будки Тузик и, печально склонив набок мохнатую морду, длинно и жалостно лает.
— Остановитесь, пожалуйста, дяденька! — говорил Ляля. — Вот бабушкин дом.
— Осаживай! — говорит бухгалтер.
— Спокойной ночи, — говорит Ляля, забирая с телеги бабушкину корзинку, — Спасибо, дяденька!
— Ишь ты, стало быть, хорош виноград? — усмехается Митрич.
Он причмокивает губами и едет дальше.
— Бабушка-а-а, ба, вот тебе от кума, от Лукича! — кричит Ляля ещё на улице и открывает бабушкину калитку.