— Мамочка! Дорогая! Красавица! Отнесём его обратно, пока недалеко ушли. Ведь они же любят его, как родного, отдавать даже не хотели. Так всё было хорошо. Ну, пусть он и сапожки мои берёт, и одеяло, что ты мне купила, и все мои игрушки. Только пусть он здесь останется. А, мама?
— Нет, — сказала мама. — Он будет жить у нас.
— Ну, тогда я здесь останусь… в детском доме!
— Хорошо, — сказала мама, — оставайся. — И пошла вперёд с Васильком.
Люся немного постояла у крыльца, а потом молча пошла за мамой.
Так они дошли до конца переулка. Тут мама, видно, устала или, может быть, ей сделалось жалко Люсю, только она спустила Василька на землю.
— Пойдёмте, дети, — сказала она и протянула Люсе свободную руку.
Но Люся притворилась, что не заметила мамину руку, и засунула свои поглубже в муфточку. Так они и пошли: Люся — сама по себе сзади, а мама с Васильком — вместе впереди.
Перекатывается Василёк рядом с Люсиной мамой, переваливается в своём тёплом пальтишке, в красных полусапожках. На голове у него косыночка, чтоб в уши не надуло, сверх — тёплая шапочка.
И вот они дошли до перекрёстка. До большой улицы.