Когда у нас пели «Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек…», я думал про себя: хоть бы поменьше было рек. В наступлении на водных рубежах нам было труднее всего, так как большинство бойцов нашего батальона, уроженцы южных степей, плохо плавали, некоторые совсем не умели, боялись воды.
Первая водная преграда на нашем пути была река Кромка у города Кромы. Мы наступали тогда из района Малоархангельска на Орел с лозунгом, повторявшимся в каждой листовке политотдела: «Наш путь на Орел только через Кромы!» Этот лозунг так засел у меня в памяти, что и сейчас иногда выкрикиваю его во сне. Жена будит и ворчит:
— Ну и дались же тебе эти Кромы! Надоел ты мне с ними!
Речка там была небольшая, чепуховая по сравнению с теми, которые нам пришлось форсировать потом, но намучились мы на этой Кромке действительно страшно. Мы вырвались вперед без всяких переправочных средств — хотели первыми водрузить в городе давно приготовленный для него красный флаг.
Майор Шишков подгонял нас:
— Чего топчетесь на этом берегу — все уже на том. Тащите связь через реку.
Командир батальона отвечал:
— Румянцев с разведчиками поплыл на тот берег. Противник ведет огонь.
Шишков опять вызывал к телефону:
— Ну, как там Румянцев?