— Ну как? — кивнув на избу, осведомился тот. — Раздаивается?
— Раздаивается.
— Много знает?
— Много, даже очень много.
— Я предполагаю, не меньше Хорвата, — сказал Лазарев, — но, как изменнику, ему страшнее, поэтому и раздаивается с ходу. Так что я ошибку не сделал, его повязав.
Локотков улыбнулся.
— А разве, товарищ лейтенант, у вас какие-либо ошибки в жизни случались? Вы же исключительная личность, безошибочный товарищ…
— Смеетесь все…
Некоторое время они курили молча.
Потом Саша осведомился: