— Со следующей недели вы будете получать регулярную информацию о том, куда, когда и даже с какими результатами забрасываются ваши паршивцы, — сказал Грейфе. — Вы будете получать и информацию, и наши выводы. Вы будете получать все для того, чтобы знать, сколько времени осталось до рассвета…
Гурьянов и Хорват глядели на шефа неподвижными зрачками.
— На рассвете обычно казнят, — отпив еще коньяку, сказал шеф. — Должны же вы знать, когда это с вами произойдет? Ну, а возможно — почему же нет? — возможно, что ваши воспитанники действительно так хороши, что заброшены на длительное оседание. Тогда это… дорогой товар, очень дорогой…
Доктор Грейфе вдруг задумался.
— Он много пьет? — спросил вдруг шеф, кивнув на Лашкова-Гурьянова.
— Вечерами, — сказал Хорват.
— Я не спрашиваю — когда. Я спрашиваю — много ли?
— Порядочно, — твердым голосом произнес Хорват. — Мог бы меньше.
— А этот? — отнесся шеф к Гурьянову.
«Сволочь, — подумал заместитель. — Сейчас ты у меня попляшешь!»