Что со страхом я не был знаком,
Что врагов я колол пулей меткой,
Еще больше колол их штыком…
Ряхичев слушал улыбаясь, потом спросил:
— Кто певун?
— Лазарев. Я вам про него доложу в подробностях…
В землянке комбриг напоил их чаем с вонючим трофейным ромом. Виктор Аркадьевич выслушал историю Лазарева, потом замыслы Ивана Егоровича насчет разведывательно-диверсионной школы в Печках. Комбриг ушел провожать группу подрывников, разбираться в том, кто «сундучит» аммонит. Начинались дни знаменитой впоследствии «рельсовой войны».
— Откуда такие подробные сведения? — даже удивился Ряхичев.
— У меня туда свои люди засланы. В Печках толковый человек — у него и с курсантами знакомства, и с преподавателями. В Ассари, возле Риги, наборщик, литературу для немцев набирает, бланки для «Цеппелина», замечательный человек, только на язык невоздержан. Так разрешите продолжать?
Ряхичев кивнул, вновь закуривая: