Воевода помолчал, потом произнес спокойно:
— Так от бога повелось испокон веков.
— Ой ли?
— А ты как мыслишь?
Рябов молчал, улыбающимися глазами смотрел на Апраксина.
— Что не говоришь?
— С мыслей пошлин не берут! — не торопясь, сказал Рябов. — Помолчать способнее…
— Памятуя указ его величества государя, — быстро перебил кормщика Крыков, — почел я долгом своим представить пред очи ваши сего знаменитого по Беломорью кормщика, дабы великий шхипер мог убедиться, сколь славные морского дела старатели из наших поморских жителей могут к его царской службе представлены быть…
Синеглазый кивнул — ладно-де, чего тут не понимать. И спросил деловито:
— Любой корабль, кормщик, поведешь?