— Разве я смеюсь? — изумился Юленшерна.
Весь этот вечер он был в хорошем настроении.
— Фрау Маргрет очень добра! — сказал он Пиперу в присутствии жены. — Чрезвычайно добра. Она исхудала за те дни, пока велось следствие по делу ее друга детства премьер-лейтенанта Дес-Фонтейнеса. Она принимает очень близко к сердцу неудачи своих друзей детства. Я душевно рад, что гере Дес-Фонтейнес сейчас отправился в Архангельск, где попрежнему будет служить короне…
Провожая графа Пипера, ярл Юленшерна сказал ему негромко:
— Я надеюсь, граф, мы не огорчим вашу дочь правдой о судьбе несчастного премьер-лейтенанта…
— Но она может узнать сама…
— Тогда мы скажем ей, что слух этот пушен в Швеции нарочно, для того, чтобы московиты услышали о бесславном конце их злейшего врага и опытного резидента…
Граф Пипер дотронулся до локтя Юленшерны и, посмеиваясь, произнес:
— А вы ревнивы, гере шаутбенахт! Весьма ревнивы!