Разбивал же Ермак все бусы-корабли,
Татарские, армянские, басурманские,
А и больше того — корабли государевы!
Государевы кораблики без приметушек,
Да без царского они без ербычка…
— Что за песня? — спросил Сильвестр Петрович, обернувшись к рулевому.
— А кто знает! — ответил матрос Степушкин. — Поют ее, господин капитан-командор, на Марковом острову трудники, как вечер, так и поют. Был будто бы Ермак Тимофеевич, покорил казак Сибирь для Руси, — вот про него песня и сложена…
Матросы пели задумчиво, не торопясь, в полную грудь:
Тут возговорил Ермак — сын Тимофеевич:
— Ой, ты гой еси, ты врешь, собака!