Погодя пришел Митрий, застывший на штормовом ветру, стал в темноте пристраиваться на своем рундуке. Было слышно, как он молится, шепчет и вздрагивает от мозглой сырости.
— Митрий, а Митрий! — тихонько позвал Рябов.
Митенька кончил молиться, ответил чужим голосом:
— Здесь я.
— Тут было меня чуть не прирезал один раб божий…
Он подождал, заговорил опять:
— Молчишь? Думаешь — так и надо, за дело? Дурашки вы глупые, как на вас погляжу. Ладно, тот-то не знает меня, а ты?
Митрий что-то прошептал неслышное, наклонился ближе.
— Думай головою! Думай! Не дураком на свет уродился, думай же!
— Дядечка… — со стоном сказал Митенька.