— А чего?
— Сын богоданный, Иван…
— Здесь он, что ли? — догадался Сильвестр Петрович.
— Здесь, чертенок. И как взобрался — никто не видел. Что теперь делать?
У Сильвестра Петровича дрожали губы — не мог сдержать улыбку. Улыбался и Рябов, но глаза глядели озабоченно.
— Отодрал бы как Сидорову козу, да рука не поднимается! — сказал он. — Я в прежние времена так же на лодью удрал к батюшке, и хватило же дурости — об том Ваньке поведал. Теперь и спрос короток…
— Как на Соловки придем — отдашь парня монасям, они домой доставят! — посоветовал Сильвестр Петрович.
Рябов сердито крякнул:
— Еще раз уйдет! Нерушимое его решение, теперь хоть убей — по-своему сделает…
— А что он сейчас?