— Море подальше будет! — сказал Рябов. — А где мы с тобой нынче, лапушка, то — залив.
Ванятка огляделся по сторонам — не любил, чтоб люди слышали, как отец называет его лапушкой. Но поблизости никого не было.
— Залив-то морской?
— Морской.
— Выходит — дошли? Долго шли…
— А все ж пришли!
— Пришли, да солдаты говорят: еще баталии будут. Ждут — огрызаться станет швед; крепок, говорят, воевать, не научен сдаваться в плен.
— Жгуча крапива родится, да во щах уварится! — усмехнулся Рябов и привлек к себе Ванятку.
Тот, оглянувшись, не видят ли люди, сам прижался к отцу. Так они стояли долго, молчали и смотрели вдаль — туда, где открывался простор Балтики.
Когда возвращались в лодке, Петр говорил: