— Рад подтвердить вашу догадку, сударыня. Именно Иван Иванович Рябов.
— Как радостно мне, а наипаче доброй сестрице моей такое известие. Гардемарин Рябов, участник наших детских игр, — под вашею командою, на вашем корабле? Знает ли об том Иринка?
— Питаю надежду, что знает! — ответил Калмыков, вглядываясь в раскрытые двери соседней комнаты, где сияющий гардемарин что-то быстро и горячо говорил Ирине Сильвестровне. — А если добрая сестра ваша еще и не знают приятную новость, то сейчас же знать будут.
Вера Сильвестровна с треском раскрыла новый веер и, обмахивая свое разгоряченное лицо, произнесла:
— Как жарко нынче в нашем доме, словно бы в кузнице Вельзевула. И сколь приятно в такой духоте освежить себя глотком прохладительного питья. Отчего бы вам не сделать себе такое удовольствие…
Лука Александрович напрягся, подыскивая слова погалантнее, и ответил не сразу.
— По неимению сосуда для оного прохладительного напитка, сударыня Вера Сильвестровна.
— Но ведь вы бы желали освежить себя?
— Оно не так уж и существенно!
— Какое же не существенно, когда жажда томит вас, а в моем сосуде еще есть прохладительное…