И спросил:
— Капитанами кого на корабли, Сильвестр?
Иевлев быстро переглянулся с Апраксиным, тот ответил:
— Думаю, государь, не шли бы капитанами англичане. Нынче, слава богу, дожили, есть у нас и свои моряки — истинные, природные россияне.
Петр пробурчал не оборачиваясь:
— Пиши роспись русским.
— Написана! — с готовностью ответил Апраксин. — Все трое — капитан-лейтенанты. На флагманском корабле пойдет Егор Пустовойтов.
— Озорник твой Пустовойтов, горяч, пожалуй, а?
— Укатается! — мягко сказал Апраксин. — Молод еще, оттого и горяч.
И подошел к Петру с пером и росписью. Адмирал Крюйс, покуда молчавший, заметил, покашливая: