Волны грозно и страшно шумели; белая пена высоко вскидывала свои брызги. Но оба путника беззаботно шагали вдоль сырого песчаного берега, и, казалось, нисколько не боялись моря, бешено метавшегося. С бьющимся сердечком Воробей следовал за ними. Вдруг он увидел невероятное, удивительное зрелище.
В широкой бухте колыхались какие-то странные предметы. Наполовину они казались домами с крошечными окошечками и высокими трубами, из которых валил густой серый дым; наполовину же напоминали лес. На них росли голые высокие стволы, лишенные сучьев. И хотя на этих деревьях не было ни листьев, ни плодов, Воробей, завидев их, все же обрадовался. Они казались ему знакомыми, вызывали в нем доверие. Он почувствовал себя почти как дома. Но как это было все-таки странно: дома с высокими трубами находились на воде, и волны качали их из стороны в сторону. Воробью вспомнились слова жаворонка: "Люди называют такие плавающие по воде дома -- кораблями". Стало быть, это "корабли". На одном из таких плавучих качающихся домов он непременно должен поехать в теплые края.
Но какой же корабль ему выбрать?
Он вспомнил, что дома самые большие деревья лучше всего выдерживали натиск бушующего ветра. Вероятно, так бывает и с кораблями, значит, ему нужно выбрать самый большой. Двое его приятелей направились к небольшому кораблю. Воробей пропищал им несколько раз: -- Прощайте! прощайте, -- но они этого не заметили.
Воробей полетел на огромный корабль, из труб которого вылетали серые облака, и спрятался на одном из деревьев, без листьев и веток.
Какой шум и движение было внизу! Бесчисленное множество людей бегали взад и вперед, кричали, переговаривались друг с другом, что-то скрипело, что-то стучало, огромные трубы издавали пронзительные крики. Мостик, соединявший корабль с сушей, вдруг взлетел ввысь и с грохотом упал на корабль. Корабль торжественно и медленно двинулся вперед. Он рассекал пенившуюся по обе стороны воду. Огромный дом с голыми деревьями, ставший отныне домом нашей птички, поплыл прочь от земли.
От шума и суматохи у Воробья закружилась голова. Ему пришлось пережить немало страху. Какой-то парень вдруг полез на его дерево, и Воробей решил, что он намерен его поймать. Но парень, по-видимому, даже не заметил Воробья, и скоро полез назад. Когда стемнело, на корабле стало тихо, и слышен был только шум волн. Воробей слетел с дерева, сел на пол и скоро заснул.
Проснувшись утром, он чуть не умер со страху. Земля исчезла. Повсюду, куда ни глянь, вода да вода; огромные серые волны катились вокруг корабля и слегка покачивали его, точно ветерок на деревьях гнезда колеблет. Нигде ни деревца, ни кустика, ни цветочка. Корабль в полном одиночестве плыл по огромному, бесконечному морю.
Бедный Воробей почувствовал себя одиноким и заброшенным. Хоть бы какую-нибудь птичку встретить, -- вздыхал он. Пусть хоть надменная ласточка, или строгий дрозд, мог бы все-таки с кем-нибудь поговорить, кто понимает мой язык, кто знает мой мир. Мужество покинуло его, и он горько заплакал.
-- Ты кто такой? -- спросил его вдруг чей-то тоненький пискливый голосок. Оглянувшись, Воробей увидел мышку, рассматривавшую его большими круглыми глазами.