-- Ну, Торсби, -- сказал один из них содержателю харчевни, выбежавшему им навстречу, -- как дела? Где Келли? Что слышно от Уатерфорда?
-- Ничего не знаю, но скоро все объяснится. В городе у нас уже бурно. Порель с вами?
-- Нет, он поехал другой дорогой. А что на острове? Все ли там благополучно? Да что нам угрожает?
-- Войдем в дом, там расскажу.
Все скрылись. Джеймс подполз снова ближе к харчевне, но, хотя до него явственно донесся гул голосов, не мог разобрать ни слова. Он лежал, притаившись, в ожидании Кука, который должен был попросить у судьи людей в достаточном числе для того, чтобы окружить воровской притон.
Вот еще какие-то два незнакомца быстро подошли к харчевне, один из них стукнул в дверь четыре раза и ответил, очевидно, на заданный ему изнутри вопрос:
-- Это я, Сандерс... Отворяйте скорее.
Джеймс сразу узнал голос: он принадлежал Гэвсу. Что это могло значить? Какие отношения существовали между ним и этими злодеями?
Было слишком темно для того, чтобы рассмотреть, кто еще был с Сандерсом, притом дверь отворилась и оба посетителя скрылись в ней, а вслед за ними стали появляться еще какие-то новые лица; они входили на минуту в харчевню, перекидывались несколькими словами с хозяином и потом следовали далее. Время шло, и Джеймс подумывал уже, не лучше ли ему самому отправиться к Уильяму, нежели ждать его здесь. Но подошли еще четверо людей, из которых один вел на поводу лошадь, оставленную Джеймсом в стороне среди самого густого леса.
"Вот дьявольщина! -- с досадой подумал молодой фермер. -- Они нашли моего коня. Что теперь делать?"