-- Чертовски здорово здесь, -- весело говорил он, -- когда погода хороша и попадется на зуб такое вкусное кушанье, как медвежье мясо.
-- Вы обещали рассказать мне о Диксоне, Том, -- заметил старик.
-- Если вы настаиваете, пожалуйста, но это не очень веселая история. Мы вошли в русло Сан-Хосе, надеясь сбыть пшеницу, лук, виски и жесть местным плантаторам, но пришлось заночевать в пустынном месте, прежде чем мы успели добраться до какого-то поселка. Привязав наше суденышко к стволу пальмы, мы улеглись спать на берегу, не приняв никаких мер предосторожности. Я почти мгновенно заснул, однако Диксон вскоре разбудил меня, заслышав подозрительный шорох, и только тут я сообразил, что на нас могли напасть врасплох краснокожие. Диксон бросился к лодке с криком: "Вставайте! Грабят!" -- но споткнулся и упал, едва успев вскочить на палубу судна. Экипаж наш состоял всего из трех матросов и одного юнги; пока они проснулись и поняли в чем дело, я, схватив попавшуюся под руку острогу, стал наносить ею удары грабителям. Они попрыгали или попадали в воду, а юнга, по счастью, догадался перерубить канат, прикреплявший лодку к пальме, и нас тотчас отнесло на середину реки. Двое из наших матросов, Мелерс и Гевитс, говорили, что отбили пятерых индейцев, ухватившихся за борт лодки. Так ли это было, не знаю, но наш бедный капитан лежал мертвый на палубе, грудь ему пробило насквозь копьем, а голова была раздроблена палицей.
-- Что же вы сделали с грузом?
-- Я продал его, накупил другого товара, имеющего у нас хороший сбыт, и потом, месяца через четыре, прибыл в Чарльстон, где жила вдова Диксона. Она горевала о муже, но, по правде сказать, деньги, которые я ей привез, помогли ей быстро утешиться. Всего через два месяца она была уже замужем за соседним плантатором. Так всегда происходит в жизни.
-- По крайней мере, она наверняка знала, что ее мужа нет более в живых, -- задумчиво проговорил старик. -- А каково оставаться в неизвестности об участи своих близких -- ждать ежедневно их возвращения и приходить, наконец, к мысли, что любимого существа уже нет, что даже прах его развеян, может быть, ветром пустыни!
-- О, здесь такая неизвестность насчет судьбы близких нам людей дело самое обыкновенное, -- сказал Том. -- Сколько людей исчезает бесследно каждый день.
-- Случается, однако, что и возвращаются неожиданно, -- возразил Эджворт. -- Как же здесь неловко лежать, должно быть, я постелил одеяло на кочках.
Он привстал, чтобы перенести свою подстилку на другое место, а Том, решивший ему помочь, внезапно воскликнул:
-- Немудрено, что вам было неудобно лежать! Это не кочки, а кости оленя!