-- Это наши! -- сказал Эджворт. -- Окажите мне услугу, Том, приведите их сюда.
Молодой человек пошел к реке. Старик, оставшись один, опустился на колени перед дубом, столько лет осенявшим останки его сына. Он молился усердно перед вырезанным на дереве крестом, но лишь только заслышал шаги приближавшихся людей, поднялся на ноги и твердой поступью пошел им навстречу, сохраняя спокойный вид.
Том рассказал матросам о том, что случилось, и они молча принялись рыть яму для погребения костей. Завалив останки землей, насыпали над могилой небольшой холмик и также молча воротились к лодке, унося с собой медведя, убитого Томом и Эджвортом.
-- Эй! Никак свежее жаркое? -- крикнул оставшийся на вахте матрос, человек самой отталкивающей внешности, рябой, с жесткими всклокоченными черными волосами. -- Вот спасибо капитану! Самое лучшее, что он сделал до сих пор. Но что ж, плывем дальше? Медлить нечего, вода спадает.
-- Еще дело есть, -- ответил один матрос.
-- Что еще за дело?
-- Надо отнести туда кирпичей, чтобы сложить хоть какой-нибудь памятник.
-- Вот дураки! Хотят разобрать печку! На чем же мы будем пищу готовить?
-- Найдем кирпичи в Винсене, -- сказал Том. -- Помоги нам.
-- Вот еще! Я нанялся быть лоцманом, а не кирпичи таскать! -- ответил тот грубо и растянулся на палубе. -- Придумали тоже! Хоронить кости, которые сгнили бы и без вас!